Путник осмотрелся, присесть как будто было негде – кабак был полон. Грянула музыка. Две-три девицы в ярких платьях, нарумяненные и набеленные, закружились в танце с пьяными посетителями.

– Господин Вильяме Бак? Прошу вас, – вкрадчиво произнес кто-то по-английски.

Купец обернулся. Перед ним стоял толстенький румяный человечек и почтительно кланялся.

– Вы хозяин? – спросил Бак, скрывая свою растерянность.

– Прошу вас, пройдите со мной. – Толстяк еще раз поклонился. – Я покажу удобное место. Там вы спокойно отдохнете. Вам пришлось совершить трудное путешествие. Путь из Архангельска далек. Прошу вас…

Вильямс Бак понял: хозяин таверны предупрежден о его приезде. Он молча кивнул головой и двинулся за толстяком.

В глубине зала стоял небольшой столик, покрытый чистой скатертью. От любопытных взоров его укрывала большая изразцовая печка в синих цветах. Над столом висел большой портрет высокого статного мужчины во весь рост, с длинной шпагой и в старинном морском плаще, небрежно наброшенном на плечи.

– Кто это? – неожиданно вырвалось у Бака.

– Сэр Генри Морган, – ответил хозяин. – Мой дед служил у него матросом. Вот здесь, господин Бак, вам никто не помешает. Садитесь грейтесь.

Появился кофейник с дымящимся кофе и деревянное блюдо с мягкими сдобными хлебцами. Скинув шубу, сняв теплую меховую шапку, купец уселся, придвинув стул поближе к горячей печке.

Вильямс Бак был человеком средних лет, с добродушным круглым лицом. В пышном парике с рыжими буклями он выглядел предприимчивым добропорядочным дельцом среднего пошиба. Наслаждаясь теплом, купец не забывал посматривать на бронзовые часы, украшавшие стойку.

– Осталось десять минут, – отметил Вильямс Бак, прихлебывая горячий кофе. Взгляд его снова упал на портрет «Сэр Генри Морган, – подумал он, – глава английских пиратов в вест-индских водах, удостоился высокой чести за грабежи и разбои. – Причмокнув, Вильямс Бак покачал головой. – Другие времена. А мне стоило только протянуть руку к проклятому вест-индскому сахару, и я едва не угодил на виселицу…»