- Призрак! Призрак! - он добежал до дома и устроил большой переполох.

Крича, он бросился к жене. Жена посмотрела на его нос и цветок на нем и с недовольством сказала:

- Послушай, муженек. Ты это называешь призраком? - с этими словами она протянула ему цветок.

Муж застыдился своего промаха и после этого случая перестал трусить, как прежде.

Через некоторое время поползли слухи, что на дороге в соседнюю деревню появляется призрак. И хоть до соседней деревни было рукой подать, с наступлением зимы женщины стали опасаться в одиночку ходить по этой дороге,

пролегающей по полю мисканта. Резкие порывы ветра качали сухой мискант, и от его шороха и у бесстрашного храбреца на душе кошки скребли. Говорили, что от заката до рассвета среди сухого мисканта с воем: "Бэру-хон, бэру-хон" - бродит призрак.

Потому с наступлением ночи никто не отваживался ходить в этих местах.

Муж, услышав эти разговоры, лишь пожал плечами:

- Все шумят: призрак, призрак. Наверняка, это цветок-луноцвет.

Жена с недоумением покачала головой. Однажды вечером муж, выпив сакэ и порядком захмелев, ни с того ни с сего сказал:

- Пойду-ка я найду этого призрака и разберусь с ним по-свойски.

Жена удивилась, услышав такие речи.

- Перестань, перестань, - попыталась она отговорить его, однако он и слушать ее не захотел.

- Пока я не вернусь, не запирай дверь, - и взяв с собой лишь заплечный мешок, в каких обычно носят детей за спиной, вышел из дома. Дошел он до поля мисканта, но никаких подозрительных звуков не услышал.

- Куда же подевался призрак, который появлялся здесь прежде? пробормотал муж и стал осматриваться. Наступила полночь.