Ты же видишь, я говорю не для других, хотя другие слушают меня; если хочешь, скажи мне, что я продолжаю играть словами, что я тоже тасую их и бросаю на стол. Владычица сердец, посмейся надо мною еще раз. Скажи: я не могла этому помешать, это было безвкусно, как вышитое сердце. Я все равно буду искать подступов, Элен, на каждом углу буду спрашивать направление, я учту все - площадь с трамваями, Николь, брошь, которая была на тебе в ночь канала Сен-Мартен, куклы месье Окса, призрак фрау Марты на Блютгассе, важное и неважное, я все перетасую снова, чтобы найти тебя такой, какой хочу, - перетасую и случайно купленную книжку, гирлянду лампочек, даже глыбу антрацита, которую Марраст искал на севере Англии, глыбу антрацита для статуи Верцингеторига, заказанной и наполовину оплаченной муниципалитетом Аркейля , к превеликому огорчению благомыслящих горожан.

"Еще не все кончено, - подумал мой сосед, - не все кончено, если он способен на минуту отвлечься от дифирамбов и гаданий и вспомнить о таких, к примеру, вещах, как глыба антрацита. Нет, он еще не совсем погиб, если способен помнить о глыбе антрацита".

- Мы ждем, че, - сказал мой сосед. - Что произошло в ресторане, мы уже знаем, если там действительно что-то произошло.

А потом?

- Уж, наверно, дождик был что надо, - сказал Поланко. - Так всегда бывает, когда ты...

- Когда ты - что? - спросила Селия.

Поланко посмотрел на Селию и грустно покачал головой.

- Это со всеми бывает, - утешила его Селия. - Известно, вид парамнезии.

- Бисбис, бисбис, - сказала Сухой Листик, которую чрезвычайно возбуждали научные термины.

- Помолчи-ка, дочушка, - сказал Селии Поланко. - Давай не будем ему мешать, не будем затыкать бутылку, жажда предшествует ее утолению и куда похвальнее сытости. Конечно, по существу ты права, потому что когда этот тип начинает восторгаться своими сгустками или как их там, это уж он заливает.