Задерживаться на этой переходной стадии, которая имеет смысл единственно как отрицание несправедливого прошлого, все равно что располагаться на жительство, не дойдя до конца пути. Отсюда тот странно незавершенный отпечаток, проявляющийся в облике всех современных демократических институтов. Необходимо идти дальше, к созданию nouveau regime[16] - нового порядка, новой социальной структуры, новой иерархии. Недостаточно признания минимальных, уравнительных прав, под покровом которых все кошки серы; нужны права максимальные, различительные, нужна табель о рангах. Кризисы, которые потрясают сегодня мир, необходимы для того, чтобы в обществе сложилась новая аристократия.

Подобным же образом коренное устремление романтизма заключается в вере в то, что чувства составляют более глубокий пласт человеческой души, чем воля и разум - единственные силы, которые признавало прошлое, - и, подобно им, способны создать порядок, систему связей, иерархию; в конечном счете культуру. В этом смысле все мы - и я первый - сегодня романтики. Когда Данте противопоставлял raggion[17] чувству, он имел в виду интеллект. Но дело в том, что существует чувственный разум, то, что Паскаль называл raison du coeur[18], который в силу своей сердечности отнюдь не менее разумен, чем интеллект. Появление его на свет и развитие - одна из величайших проблем нашей, эпохи, которую предвидел еще Конт, настаивавший на organisation des sentiments[19].

За первой, раскрепощающей стадией романтизма следует вторая, которая уже давно заявила о себе в искусстве и девиз которой - иерархия и отбор. Поэтому нам не совсем безразлично, что нравится и что не нравится в современной музыке. Необходимо воспрепятствовать анархии вкусов, которая пагубно отразилась на уровне восприятия европейской публики.

Искусство необратимо развивается, последовательно очищаясь, иными словами, изживая в себе то, что не является беспримесно художественным.