– Там тоже арифметику учат,– поспешил сообщить Ленька.– И даже алгебру. Веркин брат говорил.

– Врешь!– огорчился Федька.

– Без арифметики из пушки не выстрелишь,– поддержал я Леньку.

– Это называется вычислить траекторию,– уточнил Гришка.

– Тьфу! – расстроился Федька.– А я-то думал – избавился…

Я смотрел в окошко. Леса, дремучие белорусские леса, густые, нетронутые. Приземистые домишки с соломенными крышами, лошади, овцы, собаки. Я думал о том, что все, что было до сих пор, скучно и неинтересно. Настоящая жизнь начинается сейчас, жизнь, полная необыкновенных событий, приключений и подвигов, при одной туманной мысли о которых замирало сердце.

За моей спиной Ленька и Гришка начали играть в «морской бой». Федька полез на другую половину за морковкой. Он ухватился руками за верхнюю доску загородки, приподнялся и испуганно спрыгнул вниз.

– Там кто-то есть,– сдавленным голосом сказал он.

ЗАЙЦЫ (Окончание)

– Привет, братцы кролики!– над загородкой появилась помятая физиономия парня лет двадцати. Он бросил на нас быстрый оценивающий взгляд.– Сколько вас? Раз, два, три, четыре штуки. Куда плывете?

– В Одессу,– доверчиво сообщил Ленька.

– А тебе какое дело?– проворчал Федька.

– К черту церемонии, переходим на «ты»,– парень спрыгнул вниз и протянул Федьке руку.– Василий Петров, псевдоним Жук. Знаешь, что такое псевдоним?

– А ты парень ничего,– похвалил Федька, дружелюбно глядя на нового знакомого.– Откуда у тебя тельняшка? Ты моряк?

– Немножко есть,– уклончиво ответил парень.– Плаваю по морям житейским. А вы, братцы кролики? Шпана или бежали от пап и мам в поисках сокровищ капитана Флинта?

Парень нам ужасно понравился. Мы разговорились, и как-то очень быстро Жук вытянул из нас все наши тайны.

– Только не называй нас больше кроликами, – попросил Ленька.– Мы мушкетеры, если уж на то пошло.

– Не буду, – согласился Жук. – Пардон, сеньоры! Нет ли у вас на вертеле жареного каплуна? Признаюсь, я два дня питаюсь этой отвратительной морковкой.