- Доброе утро, графиня! - приветствовал ее Веселунг, с явным облегчением отрываясь от задачи выбора пера. - Какой ранний визит...

- Надеюсь, вы ничего не имеете против, ваше величество, - ответила графиня с ноткой озабоченности в голосе. - В нашей вчерашней беседе был пункт, относительно которого у меня вдруг возникли некоторые сомнения.

- А о чем мы вчера беседовали?

- О, ваше величество! О положении дел, разумеется.

- И она бросила на него один из тех невинных и в то же время дерзких и обольстительных взглядов, которые производили на короля совершенно неотразимое впечатление (и на любого другого тоже, смею вас уверить). Король смущенно улыбнулся.

- Да, да, конечно, положение дел...

- Я даже сделала запись об этом в своем Дневнике. - Она положила на стол огромную тетрадь, и страницы легко зашелестели под ее пальцами. - Вот здесь... "Среда. Его величество оказал мне честь, спросив совета относительно будущего принцессы Гиацинты. Остался к чаю и был совершенно..." Никак не могу разобрать слово...

- Позвольте мне, - вмешался король, склоняясь над Дневником. Его обычно румяное лицо стало совсем пунцовым. - Похоже на "очарователен". - Он постарался произнести это как можно более небрежным тоном.

- Неужели? Неужели я именно так и написала? Видите ли, я обычно пишу все, что мне приходит в голову, прямо сразу, не задумываясь. - Она проделала ручкой движение, подобающее человеку, который записывает все, что ему приходит в голову, не задумываясь, и вернулась к Дневнику. - "Остался к чаю и был совершенно очарователен. Потом размышляла о бренности жизни". - Она подняла широко открытые глаза и устремила на короля задумчивый взгляд. - Я часто предаюсь размышлениям в одиночестве...