В ресторане они заказали по чашке кофе для себя и бутылку кока-колы для Билли, которой он запил драмамин.

-- Меня укачивало в автобусе до восемнадцати лет,-- сказал Колин, наблюдая за тем, как мальчик глотает таблетку,-- потом, когда я переспал с девушкой, все прекратилось.

Билли бросил на него быстрый, внимательный взгляд. Колин говорил с ним, как со взрослым мужчиной. Иногда Гретхен начинала сомневаться в правильности такого обращения. Она так и не поняла, какие чувства питает к нему ее сын, любит ли он своего отчима, просто терпит его или ненавидит? Билли никогда не делился с ней своими впечатлениями. Колин не затрачивал особых усилий, чтобы заручиться симпатиями мальчика. Иногда он бывал с ним резок, иногда проявлял живой интерес к его учебе в школе и даже помогал ему с заданиями, иногда бывал веселым и очаровательным, иногда -- отстраненным и далеким. Колин никогда не проявлял своего снисходительного отношения к любой аудитории. Однако одно дело -- работа, и другое -- общение с единственным ребенком матери, которая бросила его отца, этого слишком сладострастного, темпераментного и трудного в быту любовника.

Они с Колином, конечно, тоже ссорились, но у них никогда не возникало разногласий по поводу Билли, к тому же Колин платил за учебу мальчика, так как Вилли Эбботт переживал трудные времена и не мог себе позволить таких серьезных затрат. Колин запретил Гретхен сообщать мальчику, кто платит деньги за его учебу, но, скорее всего, Билли и сам догадывался.

-- Когда мне было столько, сколько тебе,-- продолжал Колин,-- меня отправили в школу. Первую неделю я плакал. В первый же год я ее возненавидел. На второй год я уже ее терпел. На третий -- стал редактором школьной газеты и впервые почувствовал вкус к власти, понял, какое получаешь от этого удовольствие. Мне это очень нравилось, хотя я боялся в этом признаться кому-нибудь, даже самому себе. В последний год я уже плакал по другой причине: мне не хотелось уходить из школы.