куда он сгинул? Куда ушел тот, кто во времена протектората, завидев пана уездного начальника Оумрта, брал метлу на караул, как будто по-военному салютуя пану уездному начальнику, и подымал руку, и кричал: "Хайль Гитлер! Пан уездный начальник, угостите сигареткой..." И пан уездный начальник всегда давал ему сигарету и махал рукой, а потом спешил к себе в управу... Куда делся этот Кашпар? Тот самый, с которым я несколько раз ездил в Прагу навестить его тетушку, богатую даму, жившую в шести комнатах, куда мы вечно вваливались не вовремя, потому что дама еще не покидала постели, но Кашпара она принимала как родного племянника и потом, прямо в халате, потчевала нас коньяком в роскошной, убранной в стиле модерн гостиной и благодарила меня за то, что я дружу с Кашпаром... "Здоровьица вам!" Вот каково было обычное приветствие, с которым юродивый обращался к любому, кто бы на него ни взглянул, когда он подметал нимбуркские улицы, потому что ни на что иное он не годился, только подметать улицы, и люди любили его и угощали сигаретами... Где он сгинул?

А каков был конец Марженки, марионетки, которая ежедневно привозила вместе с родителями на площадь тележку, Марженка держалась за один ее борт, ее мамаша за второй, а папаша тянул тележку за единственную оглоблю, потом они раскладывали на доске прямо на тележке весь свой товар, шитье, разноцветные, тоненькие бумажные шпульки, на которые были намотаны нитки всех цветов, а иногда на их тележке появлялись еще и дешевые кружева, и вот они все это продавали, а люди покупали -- потому только, что знали: семья эта совершенно безобидная и относится к своей торговле с величайшей серьезностью, и всегда с ними их дочка, так же, как и Кашпар, переболевшая скарлатиной, которая лишила ее почти всех волос, бровей и ресниц, казалось, будто ее опалило пламя, и ее лицо было лицом испуганной куклы, куколки, у которой выдрали волосы... Иногда, когда с реки внезапно налетал порыв ветра, все семейство собирало свои разнесенные по площади нитки, бывало даже, что и кружева взвивались в воздух и, описав быстрый зигзаг, переносились через стоявшую в центре площади колонну в честь Девы Марии и скрывались на другой стороне, в арке отеля "На Княжеской"...