Полковник встал с камня, на котором они сидели. В глазах его вспыхнуло благородное негодование.

- Слушайте, Моррисон, - сказал он, глядя прямо в лицо своему болтливому штаб-офицеру. - Вы слышали эту историю от порядочного человека или от какого-нибудь сплетника?

- Я не желаю говорить, каким путем я узнал это, если это не является необходимым, - ответил офицер, слегка покраснев. - Но я ручаюсь вам головой, что все это в главных чертах верно.

Полковник повернулся к небольшой группе офицеров, стоявших в стороне от них.

- Лейтенант Вильяме! - закричал он.

Один из офицеров отделился от группы и, выступив вперед и отдав честь, произнес

- Простите, полковник, я думал, что вас известили. Вильяме убит там, внизу, снарядом. Что прикажете, сэр?

Лейтенант Вильяме был тем самым офицером, которому выпала честь передать командиру батареи поздравление полковника с меткой стрельбой.

- Идите, - сказал полковник, - и прикажите немедленно убрать орудие. Стойте! Я пойду с вами.

Он пустился почти бегом по склону по направлению к ущелью и рисковал сломать себе шею, прыгая по камням и пробираясь сквозь заросли; его спутники следовали за ним в беспорядке. У подошвы горы они сели на ожидавших их лошадей, поехали крупной рысью, сделали поворот и въехали в ущелье. Зрелище, представившееся их глазам, было ужасно.

Углубление, которое было достаточно широко для одной пушки, было загромождено обломками, по крайней мере, четырех орудий. Офицеры увидели, как замолкла последняя подбитая пушка, - не хватало людей, чтобы быстро заменить ее новой. Обломки валялись по обе стороны дороги; люди старались очистить место посредине, по которому палила теперь пятая пушка. Что касается людей, то они казались какими-то демонами. Все были обна; жены до пояса, их грязная кожа казалась черной от пороха и была испещрена кровавыми пятнами; они были без шапок. Их движения, когда они действовали банником, напоминали движения сумасшедших.