Колокольчики мои, Цветики степные, Что глядите на меня, Тёмно-голубые?..

Это было очень странно. Она всегда что-нибудь делала!

— Бабушка! Бабушка! — окликнул Егор.

— Что тебе?

— Ты чего так сидишь?

— Как это так?

— Руки на колени и поёшь. Ничего не делаешь…

— Устала, — сказала она. — Я ведь уже старая. Могу посидеть и ничего не делая.

— А почему тогда весёлую песню поёшь?

— Какая же она весёлая?

И о чём грустите вы В день весёлый мая, Средь некошеной травы Головой качая? —

Пропела бабушка.

— Грустная, — согласился Егор. — А я думал, весёлая. Бабушка, а когда ты молодая была, тоже уставала?

Бабушка засмеялась:

— Я и слова такого не знала! Ноги сами бегали. Как вот сейчас у тебя: на месте не стоят.

Егор потоптался: и правда, не стоят ноги на месте, бегут куда-то.

— Бабушка, а когда я вырасту, тоже устану?

— Устанешь, — вздохнула бабушка.

Егор представил: вот он старый, с бородой, сидит у окна, сложив руки на коленях, и поёт: «Колокольчики мои, цветики степные…» И ноги у него устали, никуда не бегут. И бежать некуда. Егор нахмурился, сжал губы.

— Не тужи, тебе ещё далеко, — успокоила бабушка. — Иди-ка обратно в угол.

Егор поплёлся в угол, снова сел на пол. Это правильно, что он сразу во второй класс решил идти. А то вдруг устанет — и никакая учёба на ум не пойдёт. Торопиться надо.

Стукнула дверь. Егор по шагам услышал: мама. Вот она сняла в прихожей плащ, повесила сумку, причесалась перед зеркалом.