Прибежали люди, работавшие в поле, но было уже поздно: язык у женщины почернел, глаза вылезли из орбит, из носу текла кровь. Она была мертва.

Пастуха судили в Руане. Так как он был глухонемой, переводчиком ему служил Пико. Подробности процесса очень забавляли собравшуюся публику. Но у Пико была одна забота - добиться оправдания пастуха, и он ловко взялся за его защиту.

Прежде всего он рассказал всю историю глухонемого вплоть до его женитьбы; затем, дойдя до преступления, сам стал задавать вопросы убийце. Все затаили дыхание.

Пико спросил, медленно выговаривая слова:

- Знал ли ты, что она тебя обманывает? И тут же мимикой пояснил свой вопрос.

Подсудимый отрицательно покачал головой.

- Ты лежал в стогу, когда захватил ее с поличным?

И фермер жестом показал, будто увидел нечто отвратительное.

Гарган утвердительно кивнул.

Затем, подражая мэру, который скрепляет брак именем закона, и священнику, который соединяет брачущихся именем бога, он спросил своего работника, не потому ли он убил жену, что был связан с ней перед богом и людьми.

Пастух опять кивнул.

- Ну так покажи, как это было, - сказал ему фермер.

Тогда глухонемой разыграл всю сцену. Он изобразил, как спал в стогу и проснулся от того, что рядом с ним зашевелилась солома, он осторожно высунул голову и все увидел...

Тут он встал во весь рост между двумя стражниками и внезапно повторил непристойное движение лежавшей перед ним преступной четы.

Оглушительный хохот прокатился по залу и разом стих, ибо пастух, неистово поводя глазами, двигал челюстью и длинной бородой, словно собирался укусить кого-то, и, вытянув вперед руки и голову, изображал убийцу, который душит свою жертву.

Он дико рычал, настолько обезумев от гнева, что ему казалось, будто он все еще сжимает горло изменницы; стражникам пришлось схватить его и силой усадить на место, чтобы он успокоился.