
Этой осенью, когда начались занятия в школе, учитель, будто бы о чем-то догадавшись, велел нам заново расставить парты и каждому подыскать себе новое место.
— Ни о каких «верхних» и «нижних» слышать больше не желаю, — хмуро сказал он. — Что из того, что село поделено на две части? В классе вы одно целое, и размежевываться здесь неуместно. Отныне извольте обходиться без ссор, раздоров и прочих глупостей.
Учитель рассадил нас по собственному усмотрению, и жизнь в классе потекла без сучка без задоринки. Но так было лишь на первый взгляд…
I
В нашей команде шесть мальчишек, все из нижней части села. Первый — Коле. Коле сидит на последней парте, голова его часто подпирает стенку, отчего известка за его спиной облупилась. Место выбрал ему учитель, потому что Коле самый высокий в классе. Плечи у него вразлет, руки длинные и мотаются при ходьбе вроде сломанных веток. Помногу дней в году парта Коле пустовала, за что ему здорово доставалось от учителя: «Что с тобой происходит, Коле? Надо учиться, набираться знаний, а ты уроки пропускаешь. Куда это годится?»
Коле скреб ногтем парту и молчал, и наставления учителя на этом прекращались. Ему было хорошо известно, что не по своей вине этот способный, схватывающий все на лету ученик не ходит в школу. С тех пор как умер его отец, матери не на что стало кормить детей. Коле был самым старшим; кроме него, было еще два брата и совсем крошечная сестра. Отец Коле работал на кирпичном заводе, и, покуда был жив, семья еще кое-как сводила концы с концами. Теперь заботиться о куске хлеба приходилось матери и Коле. Когда мать, вскинув мотыгу на плечо, уходила спозаранку батрачить на поле старосты, Коле оставался дома приглядывать за сестренкой. Случалось, учитель посылал нас за ним, и тогда Коле прихватывал сестру с собой. Оставлял ее в коридоре или во дворе школы, но не проходило и минуты, как она поднимала рев, наевшись земли или известки. Сейчас полевые работы закончились, мать Коле нанялась стирать по чужим домам, малышка всегда при ней, и Коле снова может ходить в школу каждый день. Мы за Коле готовы в огонь и в воду. И он стоит за нас горой. Больше всего на свете Коле любит, чтобы его слушались и уважали.
