Леди Адела. Посоветуйся с генералом Кэнинджем, Чарли.

Уинзор. Правильно. Адела, ты не могла бы и его позвать? Вы в самом деле хотите, чтобы я вызвал полицию, Де Левис?

Де Левис (он уязвлен чуть заметной презрительной интонацией в голосе Уинзора). Да. Хочу.

Уинзор. Хорошо, Тогда вот что. Пройди тихонько в мой кабинет и позвони в Ньюмаркет, в полицейский участок. Кто-нибудь там да будет, в такой день наверняка задерживали пьяных. А я пока вызову Трежера и поговорю с ним. (Нажимает кнопку звонка.)

Леди Адела уходит к себе и затворяет дверь.

Уинзор. Послушайте, Де Левис! Это ведь не отель. В приличном доме такого не бывает. Вы уверены, что не ошиблись, что их не украли у вас еще на скачках?

Де Левис. Абсолютно уверен. Я пересчитал деньги как раз перед тем, как класть под подушку; потом запер дверь и ключ положил сюда. А дверь там одна.

Уинзор. А балконная дверь - как она была, когда вы уходили?

Де Левис. Открыта.

Уинзор (отдергивает портьеры на собственной балконной двери). У вас балкон, как и у меня. Вы не заметили там приставной лестницы или еще чего-нибудь?

Де Левис. Нет.

Уинзор. Очевидно, это все-таки было сделано с балкона, если только кто-то не запасся отмычкой. Кто знал, что вы получили эти деньги? Где Кентман вам платил?

Де Левис. Да там же на ипподроме, возле конюшен.

Уинзор. Люди кругом были?

Де Левис. О да.

Уинзор. Кто-нибудь подозрительный?

Де Левис. Я не обратил внимания.

Уинзор. Вас, очевидно, еще там приметили и проследили.

Де Левис. А как они узнали, в которой я комнате?

Уинзор. Как-нибудь ухитрились. (Стук в дверь из коридора.) Войдите.

Входит дворецкий Трежер, молчаливый степенный человек, чей облик и манеры почти сверхъестественно соответствуют его должности. Де Левис бросает на него быстрый, недоверчивый взгляд, что не ускользает от внимания Уинзора и

ему не нравится.

Трежер (Уинзору). Вы звонили, сэр?