— Ты и сейчас с него не свернул, приятель.

Но в угрозе Джейка не слышалось никакого пыла, «Таскер» потушил его.

— Я, конечно, понимаю, каково тебе пришлось, — продолжал Гарет. — Но ты же мне тогда сказал, что не собираешься торговаться. Если бы я знал правду, мы могли бы заранее договориться.

Джейк протянул намыленную руку и поднес бутылку ко рту. Он глотнул дважды, вздохнул и слегка рыгнул.

— Клянусь тебе, — сказал Гарет. — Как только я понял, что ты торгуешься всерьез, я сразу же отступил. Я решил, что позже мы с тобой сможем все устроить к обоюдной выгоде. И вот я здесь, мы с тобой пьем пиво и разговариваем о деле.

— Это ты разговариваешь, а я только слушаю, — возразил Джейк.

— Именно так.

Гарет вытащил свой портсигар, тщательно выбрал сигару и осторожно вставил ее в вытянутые губы Джейка. Он чиркнул спичкой о подошву своего ботинка и поднес Джейку огня.

— Я правильно понял? У тебя есть покупатель на эти машины, да?

— Я пока что слушаю.

Джейк с явным удовольствием выпустил облако сигарного дыма.

— Наверняка цену ты уже назначил, а я готов к ней приплатить.

Джейк вынул сигару изо рта и впервые посмотрел на Гарета прямо.

— И ты хочешь купить все пять машин по этой цене в их нынешнем состоянии?

— Верно, — сказал Гарет.

— А что, если я скажу тебе — только три из них на ходу, а остальные не годятся ни к черту?

— На мое предложение это никак не повлияет.

Джейк потянулся за бутылкой и осушил ее до дна.

Гарет открыл другую и пододвинул к нему.

Джейк спешно обдумывал предложение. У него был открытый контракт с Англо-танганьикской сахарной компанией на поставку дробилок сахарного тростника на двигателях внутреннего сгорания по твердой цене сто десять фунтов за каждую. Из этих трех машин он может сделать три дробилки — максимум триста тридцать фунтов.