Невозможно себе представить. Всю жизнь я пыталась представить себе, что бы стала делать, если бы могла делать все, что захочу. Ты не должен пренебрегать мною из-за людей, которых видел у меня; я ведь просто пыталась и так и этак, но никогда не принимала их всерьез. Знаешь, по-моему, вообще-то я анархистка: они так и не сумели заглушить во мне стремление оказаться однажды на моем настоящем месте! И вот твоя рука обвивает мою талию. И ты поднимаешь меня, как большая волшебная птица, которая наконец вернулась. И мы взлетаем высоко ввысь.

Винценц. Куда заблагорассудится!..

Альфа. Ввысь, к тому немолчному гласу, который со мной всегда разговаривал. (Вскакивая, необузданно.) Я не верю, Винценц! (Припадая к нему.) Делай со мной что хочешь!..

Винценц меланхолично, с хмельной улыбкой, несет беспамятно-упоенную в альков

и задергивает портьеры.

Подруга (после минутного подглядывания и подслушивания прокрадывается обратно в комнату, подходит к письменному столу Альфы - и не снимая шляпы берется за бумагу и чернила. То читая на ходу, то вслух оценивая написанное). Прости, дорогая, что я подслушала. Я так несчастна. Нет, счастлива. Нет, все же несчастна. С тех пор как он тебя полюбил, я еще больше восхищаюсь тобой. Но я несчастна. Он единственный мужчина, которого мне довелось видеть. Ты знаешь, увы, я видела многих. Когда кто-нибудь из них подходил ко мне... с голодными, влажными от вожделения глазами... меня это всегда берет за душу. (Плачет.) Не знаю, как мне теперь жить. Завещаю ему свое состояние, чтобы у вас был начальный капитал. Еще я могла бы поговорить с князем... И ли наймите меня компаньонкой... Ах, я понимаю, таким чудом поделиться невозможно! Ваша уничтоженная, глубоко несчастная... не сердись, что я говорю "глубоко несчастная", я ведь отдаю себе отчет, что не стою вас...

Входит Бэpли; не в пример предыдущему своему появлению он пугающе спокоен; с

ног до головы в черном, торжественно-взволнованный, в руке браунинг.