Винценц. Послушайте, Альфа, если мы будем кричать, сбежится народ; здесь и сейчас-то явно один лишний; и давайте радоваться, если этим лишним захочет стать господин Бэрли. Я потом все вам объясню, в спокойной обстановке. (Глядя на чек.) Кстати, здесь недостает одного нуля.

Альфа выхватывает бумажку у него из рук, комкает и бросает в Бэрли. Комок отскакивает от его груди и падает на пол. Бэрли свирепо отшвыривает его

ногой.

Винценц (поднимает чек, разглаживает, кладет на стол, ставит туда чернильницу, подвигает стул и приглашает Бэрли сделать запись). Господи, я ведь сделал это вправду не ради денег. Но если задним числом все это, по-вашему, стоит лишь десятую долю назначенной прежде суммы, вы доказываете только, что ваше освобождение было достойно десятикратного гонорара.

Бэрли (глядя на него и начиная смеяться). Что ж, пожалуй, тут есть доля истины. Нельзя сказать, чтобы у меня не было причин для благодарности. (Садится к столу.)

Альфа хватает со стола чернильницу и бросает ручку на пол.

Винценц (Альфе, успокаивая). Я просто посоветовал ему вместо двойного убийства пальнуть холостыми.

Альфа (с высокомерный возмущением). Но почему?

Винценц. Ну, он же хотел преподать тебе урок. А таких бесхитростных людей останавливать нельзя, толку все равно не будет. (Поскольку Альфа не смотрит на него, он обращается к Бэрли.) Разве я не говорил вам: вы коммерсант, возьмите смерть в кредит?! Разве не советовал: пальните вхолостую, и вам больше не захочется стрелять по-настоящему? Я обещал вам, что отныне вы будете принимать всерьез только деньги!

Бэрли. Так оно и есть, будьте покойны.

Винценц (опять Альфе). Он испытал все, что можно. Продолжение не имеет никакой ценности; понурые люди, полицейская комиссия, катафалк. Разве это сравнится с реальной жизнью! Мне кажется, ты думала как раз об этом.