— Мы уже в фарватере реки, сахиб.

— А тебе не кажется, что даяки не обратили внимания на наше появление? — озабоченно отозвался португалец.

— Должно быть, они спят. Не ожидали, что мы могли так скоро освободиться, сойти с мели.

Но Янеса не удовлетворяли эти предположения. Молчание и царящий крутом покой казались ему обманчивыми.

— Думаю, если они нас и пропустили сюда, — пробормотал он, — то не без цели. Они собираются с силами и выше по течению опять вступят в бой. Ты, кажется, говорил, что кампонг находится в двух милях от реки? Очень жаль, что Тремаль-Наик не разместил свою резиденцию поближе к берегу: нам придется, значит, пробиваться к кампонгу по лесной чаще. И придется оставить часть экипажа для защиты судна. Это осложняет дело. Но мои друзья, испытанные бойцы с Мопрачема, надеюсь, покажут, что они умеют так же хорошо драться в лесной чаще, как и на волнах.

Тем временем «Марианна», обогнув длинную песчаную косу, мчалась, распустив огромные паруса, по водам Кабатуана.

Эта река, и в наши дни почти совершенно не исследованная европейцами, доступ которым в ее бассейн крайне затруднен враждебным поведением кровожадных даяков, в том месте, где плыла «Марианна», имела не менее ста с лишним метров ширины. Ее высокие берега были затенены манговыми деревьями, дурианом

И только время от времени слышался глухой шум, когда задремавший на поверхности воды гавиал, спугнутый почти налетевшим на его бревнообразное тело судном, нырял вглубь.

Но с каждым шагом это странное спокойствие увеличивало подозрительность Янеса, и португалец держался настороже, удвоив свою бдительность и испытующе оглядывая берега.

— Нет, это невозможно! — бормотал он. — Несомненно, мы не могли проскользнуть незаметно. Просто-напросто они готовят нам какую-то ловушку. Что-нибудь должно скоро случиться. Но, к счастью, нас-то им не обмануть. Мы их слишком хорошо знаем. Врасплох застигнуты не будем…