Он заплатил, что следовало по счету. Затем он попросил портье разбудить кого-нибудь из гаража и сунул ему лишний доллар.

- Если мне нужно будет заправиться, будут ли открыты колонки? спросил он, но портье, очевидно, не расслышал. А может быть, вопрос показался ему нелепым.

Стоя в потоке лунного света на тротуаре перед входом в гостиницу, Джон слушал, как портье колотит в какую-то дверь. Вскоре раздались голоса, и вспыхнули фары автомобиля. Машина подошла, ее вел какой-то мальчишка. Видно было, что это паренек веселый и бойкий.

- Я видел, как вы уезжали в Лайлс-пойнт, - сказал он и, не дожидаясь приглашения, вышел и открыл бак. - Все в порядке, у вас там почти восемь галлонов, - заверил он Джона, который тем временем уже уселся за руль.

И автомобиль и ночь так дружественно приняли его в свои объятия! Джон отнюдь не принадлежал к числу любителей бешеной езды, но он выехал из города на очень большой скорости. "Как проедете два квартала, поворачивайте направо, потом проедете еще три. Там попадете на шоссе. А дальше - все прямо на восток. Сбиться с дороги тут нельзя".

Джон брал повороты, как гонщик. На окраине города кто-то крикнул ему из тьмы, но он не остановился. Он стремился как можно скорей выехать на дорогу, ведущую на восток.

- Я дам полный ход,- мечтал он - Боже ты мой! Такое наслаждение! Я дам полный ход!