— Нет, это мой дядя, — скандируя слова, упорствовала Таня. — Я уверена, что это был он…

— Если вы до такой степени убеждены в этом, Таня, то каким образом объясните его воскрешение?

Метиска сделала неопределенный жест рукой.

— Не знаю, — прошептала она. — Не забывайте, что мой дядя неоднократно похвалялся, что он бессмертен… Возможно, он просто притворился мертвым…

Француз помахал рукой, словно отгоняя назойливую муху.

— Все это сплошной вздор! Минг специально распространял такие слухи, чтобы создать и поддерживать о себе легенду, чтобы соорудить вокруг своего имени культ божества и держать в трепетном страхе азиатские народы, порабощенные им. Для них он выступал в образе некоего воплощения демонических и непобедимых сил. На деле он такой же простой смертный, как вы и я…

— Не забывайте, что он знал секреты йогов, а также магов античности и Средневековья. К тому же, его научные познания необъятны…

— Возможно, — согласился Боб, — но наука не все объясняет.

Наклонившись вперед, Таня Орлофф охватила руки своего собеседника и в отчаянии крепко сжала их.

— Но я утверждаю, что он жив, Боб. Я уверена в этом…

Боб решил, что дальше дискуссировать бесполезно. Впрочем, убежденность, с которой Таня, вопреки очевидности, продолжала настаивать на том, что её дядя жив, несколько поколебала его. Предпочитая положить конец этому спору, в котором, во всяком случае, до настоящего момента, было невозможно прийти к однозначному выводу, Боб решил лучше рассказать Тане обо всем, что произошло с момента их, его и Билла, визита в её виллу на холмах близ Канн. Это не заняло много времени. Как только он закончил, Таня заметила:

— Вот видите, Боб, на всем лежит его отметина. В Каннах андаманца подобрали на «Нагу», перед самым отплытием. Дядя был весьма недоволен, узнав, что тот провалил задание, хотя тогда я и не подозревала, что речь шла о вашей жизни. Что касается этого кибернетического клоуна, то это — опять одно из творений Минга. Только он может создать нечто подобное. И это ещё одно доказательство того, что он не умер…