- Вам полная воля-с, - сказал князь Николай Андреевич, расшаркиваясь перед невесткой, - а ей уродовать себя нечего - и так дурна. И он опять сел на место, не обращая более внимания на до слез доведенную дочь. - Напротив, эта прическа очень идет княжне, - сказал князь Василий. - Ну, батюшка, молодой князь, как его зовут? - сказал князь Николай Андреевич, обращаясь к Анатолию, - поди сюда, поговорим, познакомимся. "Вот когда начинается потеха", подумал Анатоль и с улыбкой подсел к старому князю. - Ну, вот что: вы, мой милый, говорят, за границей воспитывались. Не так, как нас с твоим отцом дьячок грамоте учил. Скажите мне, мой милый, вы теперь служите в конной гвардии? - спросил старик, близко и пристально глядя на Анатоля. - Нет, я перешел в армию, - отвечал Анатоль, едва удерживаясь от смеха. - А! хорошее дело. Что ж, хотите, мой милый, послужить царю и отечеству? Время военное. Такому молодцу служить надо, служить надо. Что ж, во фронте? - Нет, князь. Полк наш выступил. А я числюсь. При чем я числюсь, папа? обратился Анатоль со смехом к отцу. - Славно служит, славно. При чем я числюсь! Ха-ха-ха! - засмеялся князь Николай Андреевич. И Анатоль засмеялся еще громче. Вдруг князь Николай Андреевич нахмурился. - Ну, ступай, - сказал он Анатолю. Анатоль с улыбкой подошел опять к дамам. - Ведь ты их там за границей воспитывал, князь Василий? А? - обратился старый князь к князю Василью. - Я делал, что мог; и я вам скажу, что тамошнее воспитание гораздо лучше нашего. - Да, нынче всё другое, всё по-новому. Молодец малый! молодец! Ну, пойдем ко мне. Он взял князя Василья под руку и повел в кабинет. Князь Василий, оставшись один-на-один с князем, тотчас же объявил ему о своем желании и надеждах. - Что ж ты думаешь, - сердито сказал старый князь, - что я ее держу, не могу расстаться? Вообразят себе! - проговорил он сердито. - Мне хоть завтра! Только скажу тебе, что я своего зятя знать хочу лучше. Ты знаешь мои правила: всё открыто! Я завтра при тебе спрошу: хочет она, тогда пусть он поживет.