— От всей души желаю сделать вам что-либо приятное, вождь, если это только в моей власти, но вы должны объяснить мне, чего вы хотите, иначе я могу ошибиться.

— Хорошо, вождь объяснит все моему отцу.

— Ну, тогда все будет очень просто.

— Отец мой так считает?

— Да, конечно, я не могу предположить, чтобы что-либо могло помешать мне.

— Так пусть отец мой слушает внимательно.

— Говори.

— Между бледнолицыми охотниками, следы мокасин которых ведут по траве прерий во всех направлениях, есть один самый храбрый, более других наводящий страх. Оцелоты и ягуары бегут при его приближении, и даже сами индейские воины боятся мериться с ним силой и ловкостью. Охотник этот не изнеженный гачупин

— Из слов моего брата я заключаю, что человек, о котором он говорит, — канадец.

— Да, так, кажется, называют племя, к которому принадлежит бледнолицый охотник.

— Но среди всех охотников, которых я знаю, есть только один канадец.

— О-о-а! — радостно воскликнул индеец. — Только один?

— Да, его зовут, кажется, Транкиль, он живет на асиенде дель-Меските.

— О-о-а! Об этом человеке и хочет говорить вождь. Так отец мой знает его?!

— Не очень близко, сказать по правде, но все же настолько, что я могу прийти к нему.

— Отлично.

— Только я должен предупредить вас, что этот человек, как и все, подобные ему, ведет бродячий образ жизни: сегодня он здесь, завтра там, так что я немного затрудняюсь предположить, где его найти.

— О-о-а! Пусть не заботится об этом отец мой, вождь проведет его в места, где бледнолицый охотится за ягуарами.

— Ну, это хорошо, остальное я беру на себя.

— Пусть отец мой сохранит в сердце слова Голубой Лисицы. Воины пробуждаются, воины не должны знать ничего. Придет час, вождь скажет, что делать отцу моему.