Миллон коня коснется и будет им убит.

А если не вручит он иль выдаст, в чем здесь тайна,

Поступком или словом, нарочно иль случайно,

На тот и этот случай неумолим закон:

В холодный, мертвый мрамор он будет превращен.

Дженнаро

(в еще большем ужасе, в сторону)

Я сплю иль нет? Закон бесчеловечный!

Первая Голубка

Дженнаро злополучный, погибший навсегда!

Вторая Голубка

Каким еще несчастьем грозит его звезда?

Первая Голубка

В ту ночь, когда Миллону Армиллу он вручит,

Чудовище ночное Миллона поглотит.

А не вручит Армиллу иль выдаст, в чем здесь тайна,

Поступком или словом, нарочно иль случайно,

На тот и этот случай неумолим закон:

В холодный, мертвый мрамор он будет превращен.

Дженнаро

(в волнении)

И Вороны грозят мне, и Голубки!

О, если б самострел был под рукой,

Сбить этих птиц проклятых! Раздобуду

На корабле...

(Встает разъяренный.)

Голубки улетают.

Нет, улетели...

Явление VII

При исчезновении Голубок появляется из моря на морском чудовище Норандо, величавый старец, в богатом восточном одеянии. Он сходит на берег и горделиво приближается к Дженнаро.

Норандо

Стой,

Неосторожный, дерзостный злодей!

Стой, похититель женщин! Я - Норандо.

Голубки эти - вестницы мои,

Правдивые и вещие. Что ж, действуй!

Коня и сокола, которых сам

Тебе я предназначил, и Армиллу,

Прекрасную Армиллу, дочь мою,

Вручи Миллону, брату своему.

За возмутительное оскорбленье,

Мне нанесенное, ты мне заплатишь,

И брат твой мне заплатит за него.

Норандо, царь Дамасский, не настолько

Душою низок, чтоб терпеть обиды.