Тот, говорил Гольбах, кто чувствует величие своего бога, должен чувствовать и величие его служителей. Экспозиция романа возвышает Энтони Кларендона - почитателя языческих богов.
Разгадывая божественные мифы, не следует терять из виду земли. Личность героя формируется в обстановке тихого и обеспеченного уюта. Легко и спокойно было лелеять мечтательную восторженность, приятно прислушиваться к смутному процессу созревания внутренних сил и окутывать поэтическим флером Щемящее грудь томление. Конечно, наступало время, перемещались или вовсе пропадали привычные звенья самого близкого окружения, и рушились наивные представления о неизменности жизни, вечности личного существования, как и многие другие представления детства. И все же мир гармонии был так нагляден и всеобъемлющ, что обычные перемены и диссонансы не колебали его основ. Душевная отзывчивость получала относительную свободу и самостоятельность, добрые чувства развивались как бы сами собой, но в условиях исключительных и искусственных, в атмосфере тщательно оберегаемой теплицы, в полном отчуждении от всего, чем жил большой мир вокруг. "Никто никогда не говорил Тони, что в Англии существует множество районов, где дети никогда не видели, как растут растения, где солнце скрыто вечным дымом, где дождь черен от копоти и жизнь похожа на какой-то организованный ад". Даже семейные неурядицы не были заметны ему, "гораздо позднее он догадался, сколько разочарования и неудовлетворенности скрывалось под насмешливой ироч нией отца и мягкой томностью матери".