О, какая печаль в этом слове "был"! Его познания п_о_ч_т_и были равны его благородству; будь они с_о_в_с_е_м равны, он сделал бы природу человека бессмертной, так что смерти пришлось бы заниматься игрой за недостатком работы. Будь он еще жив, он бы убил болезнь короля.

Лафе

Как звали этого человека, графиня?

Графиня

Он был знаменитым в своей профессии, сударь, и имел на это полное право: это был Жерар из Нарбонны.

Лафе

Как же, это был превосходный врач, графиня! Король еще недавно изволил выражать свое восхищение им и сожаление по поводу его кончины. При его познаниях он мог бы жить еще и сейчас, если бы познания имели силу побеждать смерть!

Бертрам

А чем король болен, скажите?

Лафе

У него фистула, граф.

Бертрам

В первый раз слышу.

Лафе

Я хотел бы, чтобы это не получило огласки. - Так эта молодая девица дочь Жерара Нарбоннского?

Графиня

Его единственное дитя, сударь, завещанное моим попечениям. Я возлагаю на нее большие надежды - это обещает ее воспитание: она унаследовала качества, которые еще увеличивают ее природные дарования, потому что, когда хорошие свойства даются душам испорченным, похвала идет рядом с сожалением и достоинства становятся предателями. Но в ней достоинства еще лучше от своей простоты: способности она получила от природы, а добродетель свою усовершенствовала сама.

Лафе

Ваши похвалы, графиня, растрогали ее до слез.

Графиня

Самый лучший рассол, которым девушка может приправить похвалу себе! Воспоминание об отце всегда трогает ее сердце, а скорбь отнимает от ее щек все признаки жизни. - Довольно, Елена, довольно, не плачь. Не то подумают, что ты не столько чувствуешь горе, сколько выказываешь его.

Елена

Я выказываю горе, это правда, но у меня и есть горе.

Лафе

На умеренную скорбь имеет право умерший; чрезмерная скорбь - враг живого.

Графиня

Если живой враждебен горю, чрезмерность скоро заставит горе умереть.

Лафе