- Вечером у меня свадьба... вот эта самая юная девица, говорит Мак явно с подъемом.

- Я забыл кое-что на почте, - сказал я и быстро зашагал прочь.

Я нагнал эту девушку ярдов через сто. Я снял шляпу и представился. Ей было этак лет девятнадцать, а выглядела она моложе своих лет. Она вспыхнула и посмотрела на меня холодно, словно я был метелью из "Двух сироток".

- Я слышал, что сегодня вечером у вас свадьба? - сказал я.

- Правильно, - говорит она, - вам это почему-нибудь не нравится?

- Послушай, сестренка, - начинаю я.

- Меня зовут мисс Ребоза Рид, - говорит она обиженно.

- Знаю, - говорю я, - так вот, Ребоза, я уже не молод, гожусь в должники твоему папаше, а эта старая, расфранченная, подремонтированная, страдающая морской болезнью развалина, которая носится, распустив хвост и кулдыкая, в своих лакированных ботинках, как наскипидаренный индюк, приходится мне лучшим другом. Ну на кой черт ты связалась с ним и втянула его в это брачное предприятие?

- Да ведь другого-то нету, - ответила мисс Ребоза.

- Глупости! - говорю я, бросив тошнотворный взгляд восхищения на цвет ее лица и общую композицию. - С твоей красотой ты подцепишь кого угодно. Послушай, Ребоза, старикашка Мак тебе не пара. Ему было двадцать два, когда ты стала - урожденная Рид, как пишут в газетах. Этот расцвет у него долго не протянется. Он весь пропитан старостью, целомудрием и трухой. У него приступ бабьего лета - только и всего. Он прозевал свою получку, когда был молод, а теперь вымаливает у природы проценты по векселю, который ему достался от амура вместо наличных... Ребоза, тебе непременно нужно, чтобы этот брак состоялся?

- Ну ясно, - говорит она, покачивая анютины глазки на своей шляпе. - И думаю, что не мне одной.

- В котором часу должно это свершиться? - спрашиваю я.

- В шесть, - говорит она.

Я сразу решил, как поступить. Я должен сделать все, чтобы спасти Мака. Позволить такому хорошему, пожилому не подходящему для супружества человеку погибнуть из- за девчонки, которая не отвыкла еще грызть карандаш и застегивать платьице на спине, - нет, это превышало меру моего равнодушия.