- Ребоза, - сказал я серьезно пустив в ход весь свой запас знаний, первопричин женских резонов, - неужели нет в Пинье молодого человека... приличного молодого человека, который бы тебе нравился?

- Есть, - говорит Ребоза, кивая своими анютиными глазками, - конечно, есть. Спрашивает тоже!

- Ты ему нравишься? - спрашиваю я. - Как он к тебе относится?

- С ума сходит, - Отвечает Ребоза. - Маме приходится поливать крыльцо водою, чтобы он не сидел на нем целый день. Но завтра, думается мне, с этим будет покончено, - заключила она со вздохом.

- Ребоза, - говорю я, - ты ведь не питаешь к старичку Маку этого сильного обожания, которое называют любовью, не правда ли?

- Еще недоставало! - говорит девушка, покачивая головой. - По-моему, он весь иссох, как дырявый бочонок. Вот тоже выдумали!

- Кто этот молодой человек, Ребоза, который тебе нравится? - осведомился я.

- Эдди Бэйлз, - говорит она, - Он служит в колониальной лавочке у Кросби. Но он зарабатывает только тридцать пять долларов в месяц. Элла Ноукс была раньше от него без ума.

- Старикашка Мак сообщил Мне, - говорю я, - что сегодня в шесть у вас свадьба.

- Совершенно верно, - говорит она, - в шесть часов, у нас в доме.

- Ребоза, - говорю я. - Выслушай меня! Если бы Эдди Бэйлз имел тысячу долларов наличными... На тысячу долларов, имей в виду, он может приобрести собственную лавочку... Так вот, если бы вам с Эдди попалась такая разрешающая сомнения сумма, согласилась бы ты повенчаться с ним сегодня в пять вечера?

Девушка смотрит на меня с минуту, и я чувствую, как ее организм охватывают непередаваемые размышления, обычные для женщин при таких обстоятельствах.