
И все же через двадцать страниц Елена заявляет, что ни ей, ни Инсарову поэзия не нужна!
"Хорь и Калиныч" - превосходный пример воплощения той же дилеммы. Хорь - черствый, сильный, практического ума человек, сумевший создать из ничего семью с прекрасными сыновьями и сколотить небольшое состояние; Калиныч мечтатель, тренькающий на балалайке. Калиныч умеет читать, Хорь - не знает грамоты.
У автора просто не укладывается в голове, что человек с практическим умом, как у Хоря, может чему-то научиться из книг. И все же всякий раз, касаясь этой своей личной коллизии, Тургенев - тончайший в истории литературы ум - выдает себя, как мальчишка. Ведь Хорь существовал в действительной жизни, и Тургенев восхищался Хорем: он послал ему экземпляр рассказа, который Хорь с гордостью читал гостям. Иными словами, когда дело шло о его личной проблеме, Тургенев отклонялся от точного изображения психологии.
С точки зрения формы, рассказ знаменателен главным образом тем, что инте,рес к событиям в нем почти полностью снят. Мы знакомимся с неким Полутининым, тупым помещиком, которому принадлежат и Хорь, и Калиныч, и постепенно уясняем себе, что, если Калиныч сам позволяет хозяину эксплуатировать себя, то Хорь даст тому сто очков вперед. Вместо устаревшего приема - повествования - Тургенев прибегает к антитезе противопоставлению мечтателя и практического человека, - и, хотя этот прием затаскан последующими поколениями и теперь уже приелся, Тургенев всегда применял его с блеском. Таким образом, по мере того как из рассказа уходит повествование, новеллисты обращаются к приемам, используемым писателями-эссеистами, - к драматической иронии и антитезе.
