Второй рассказ, "Ермолай и мельничиха", еще интереснее. Арина, крепостная девчонка, взятая в горничные женой богатого помещика, влюбляется в лакея по имени Петрушка. Она хочет выйти за него замуж, но ее барыня - "ангел во плоти", как говорит о ней ее муж помещик, предпочитает, чтобы ее горничные были не замужем, поэтому, когда оказывается, что Арина, это неблагодарное чудовище, ждет ребенка, Петрушку отдают в солдаты, а ее выкупает прижимистый пожилой мельник и женится на пей. От тоски и одиночества Арина вступает в любовную связь с Ермолаем, бездельным и ленивым малым, своего рода диким обитателем лесов.
Я вынужден повторить - формы тургеневского письма стали теперь уже шаблоном и ускользают от внимания. Весь рассказ уложен в события одной ночи. Мы узнаем, как рассказчик, отправившийся на охоту вместе с Ермолаем, попал на мельницу, как грубо встретил их мельник, когда они попросили пристанища, как ускользнула из дома мельничиха, чтобы несколько минут поговорить с Ермолаем, и, наконец, знакомимся с печальной историей неблагодарной девки, изложенной некогда барином Арины, г. Зверковым, мужем "ангела во плоти", - историей, которую вспоминает рассказчик. Только под занавес появляются два действительно важных героя, Арина и Петрушка, о котором сказано мимоходом в нескольких строчках, передающих как бы случайный разговор между рассказчиком и Ермолаем:
" - И Петрушку-лакея знаешь?
- Петра Васильевича? Как же, знал. - Где он теперь?
- А в солдаты поступил.
Мы помолчали.
- Что она, кажется, нездорова? - спросил я наконец Ермолая.
- Какое здоровье!.. А завтра, чай, тяга хороша будет..."
Перед нами сущность современной новеллы, великолепное развитие Тургеневым гоголевской находки. И все же, повторяю, этот прием настолько затаскан последующими писателями, что уже не действует на нас так, как, должно быть, действовал на современников Тургенева, Вбить историю целой жизни во впечатления и замечания двух-трех второстепенных персонажей прием нартолько затрепанный, что я, например, предпочел бы от него отказаться и рассказал бы эту историю так, как сделал это здесь - в хронологическом порядке, без ухищрений и изысков.