- Что случилось? - спросила мать, глядя на его серьезное лицо, говорившее о внутренней борьбе.

- Я еду в Чикаго, - сказал он.

- Когда? - спросила она пораженная, не зная, что и думать.

- Сегодня, - ответил он.

- Не может быть! Ты шутишь! - воскликнула мать.

Она недоверчиво улыбалась. Конечно, это только мальчишеская выходка, не больше.

- Я еду сегодня же, - сказал он. - И хочу поспеть к четырехчасовому поезду.

Теперь на лице матери появилась тревога.

- Быть не может, - повторила она.

- Ведь я в любое время могу вернуться, если захочу, - сказал Юджин. Пора мне поискать себе другое занятие.

Вошел отец. У него была маленькая мастерская в сарае, где он иногда чистил машины и чинил фургоны. Он все утро копался там.

- Что случилось? - спросил он, увидев их взволнованные лица.

- Юджин уезжает в Чикаго.

- Это когда же? - иронически спросил отец.

- Сегодня. Он говорит, что едет сейчас.

- Ты это, надеюсь, не всерьез? - сказал пораженный Витла. Он ушам своим не верил. - Что это тебе загорелось? Такой шаг надо хорошенько обдумать! На какие же средства ты будешь там жить?

- Проживу как-нибудь, - сказал Юджин. - Я еду. Хватит с меня Александрии. Я хочу выбраться отсюда.

- Ну что ж, - сказал отец, веривший в инициативу. Оказывается, он плохо знал своего сына. - Ты уложил чемодан?

- Нет, пусть мама вышлет мне вещи.

- Не уезжай сегодня, - стала упрашивать миссис Витла. - Подожди, Юджин, пока у тебя будет хоть что-нибудь на примете. Это слишком серьезный шаг. Подожди до завтра.

- Я поеду сегодня, мама. - Он обнял ее одной рукой. - Мамочка!..

Он был уже сейчас выше ее ростом и продолжал расти.

- Хорошо, Юджин, - тихо сказала она. - Но напрасно ты уезжаешь.

Ее мальчик покидал ее - сердце матери обливалось кровью.