— А я налево, — тут же откликнулся Билл.

— Лично я пойду по этой стороне, — заявил Клерамбар, поворачиваясь спиной к телефонной будке.

Бобу Морану оставалось одно: двигаться вперед, что он и сделал. Он сразу погрузился в густой туман и тут же почувствовал себя так, будто остался один на всем белом свете. Все окружающее перестало для него существовать.

Моран повернул за угол и, касаясь стены рукой, пошел прямо, ожидая каждую минуту, что может споткнуться о лежащее на тротуаре тело. Однако ничего особенного не происходило, и он добрался до конца улицы, так никого и не встретив у себя на пути.

Вдали раздалось завывание полицейской сирены.

— Как всегда, они прибывают слишком поздно, — пробурчал Боб под нос.

И Моран усмехнулся, вспомнив колумбийскую пословицу, гласящую, что полиция напоминает радугу: появляется только после дождя.

Но усмешка тут же сползла с его лица. По камням мостовой застучали быстро приближающиеся шаги.

Моран насторожился и инстинктивно сунул руку в карман пальто, сжав рукоятку пистолета, который дал ему сэр Арчибальд.

Существо, бегущее сквозь туман, должно быть, уже находилось в нескольких метрах от него. Оно вынырнуло из тумана неожиданно и врезалось в грудь Боба Морана, издав сдавленный крик удивления и страха.

Моран разглядел девичье узкое лицо с огромными глазами, должно быть, очаровательными днем, но сейчас в них отражался только дикий ужас.

— Мадемуазель Хемс? — по-французски спросил Боб Моран.

— Да… да… Кто вы?

— Не бойтесь. Это со мной вы разговаривали по телефону… Теперь вы в безопасности…

Вой полицейской сирены доносился все ближе и ближе.