Моран стал объяснять девушке, что уже приехала полиция и бояться ей нечего.

Девушка всхлипнула.

— Слишком поздно, — бормотала она. — Он здесь!.. Здесь!.. Рядом…

И действительно, совсем вблизи раздался шум шагов, до того не слышный из-за воя сирены, и из тумана вынырнул темный силуэт. Это был тот же черный преследователь, которого так страшилась девушка.

Мартина Хемс увидела его.

— Это он! — панически закричала она. — Это он! Берегитесь!..

Боб выхватил револьвер и направил его на силуэт.

— Не шевелитесь! — четко скомандовал француз таинственному незнакомцу.

— Предупреждаю, что при малейшем подозрительном жесте я стреляю.

Спазматический вой сирен, казалось, заполнил всю ночь.

«Сейчас подъедет полицейская машина, — подумал Моран, — и займется этим типом…» Он хотел предупредить друзей условленным криком, но понимал, что его голос заглушат сирены.

Силуэт замер неподвижно в нескольких шагах от Морана и девушки. И вдруг под полями шляпы засветились два огонька багрового цвета.

— Осторожно, — закричала Мартина Хемс. — Он убивает взглядом!..

С силой, которую нельзя было заподозрить в её хрупкой фигуре, она толкнула Морана в сторону.

Моран от неожиданности потерял равновесие и упал вместе с девушкой. Он почувствовал, как пахнуло жаром, и, поскольку краем глаза видел стену, то понял, что камни её тают, как сахар в кипятке, в тех местах, где их коснулись багровые лучи; затем в стене образовалась дыра, в которую мог пролезть человек.

Охваченный ужасом, Моран смотрел, остолбенев, на это страшное существо. Оно не шевелилось, а огонь, исходящий из-под полей шляпы, угас.

— Стреляйте, — завизжала Мартина Хемс, задыхаясь. — Стреляйте!.. В следующий раз он не промахнется.

Моран без малейших колебаний дважды нажал на курок, целясь в голову, в то самое место, откуда исходили смертельные лучи. Вой полицейской сирены раздавался уже совсем рядом.