Сначала он рассердился, увидев меня, но сразу понял и схватил за руку.

— Где?

— Там!

Он и Стаффорд посмотрели в направлении моей руки. Бриг поднялся на волне, и огни были почти прямо по носу. Появился третий, раскачиваемый ветром, как будто прикрепленный к мачте.

Капитан нахмурился:

— Что за дьявольщина!

— Маяк! — смеялся отец. — Гавань!

— Возможно. — Стаффорд был озадачен. — Но какая?

— Плимут! — крикнул отец.

Риггинс взобрался к ним поближе по накренившейся палубе. Он кивнул мне, взял свою бороду в ладонь и выжал из нее полпинты воды.

— Никакой не Плимут,— отрезал он.— Я родился и вырос в Плимуте, что вы мне будете говорить! И не Портлоу, не Салком, не Фоуи.

— Черт с ними! — прорычал отец. — Какая разница, какой это порт?

Бедный Риггинс отпрянул, как будто отец его ударил.

— Это нигде, вот что я имею в виду, — пробормотал он. — Это никакой не порт, вот что я вам скажу.

Мой отец уставился на него взглядом, полным страха и гнева. Ветер закручивал плащ вокруг него.

— Направляйтесь в гавань, — приказал он. Капитан Стаффорд тронул его за руку:

— Через час рассветет, мистер Спенсер. Нам надо дождаться рассвета и оценить обстановку...

— Или пойти камнем ко дну, — сказал отец. — У нас порваны паруса и полон трюм и нечем выкачать воду. И вот у нас перед носом маяк, а мы должны ждать!

— Мне не нравится этот маяк, — сказал Стаффорд. Волна ударила в судно. — Мне вообще не нравится этот рейс. Погрузка под покровом ночи. Скрытность... как воры. Я не знаю, что вы собираетесь делать, мистер Спенсер, но...

В Лондоне я ни разу не слышал, чтобы отец на кого-нибудь повысил голос, даже на самого младшего своего служащего.

— Думайте, что говорите! — крикнул отец. Нас несло ветром, звук прибоя усиливался.— Это мое судно, и вам надлежит выполнять мои указания. Я приказывают вам направляться туда!