- Он удивительный человек, - сказал Эдвард, добродушно улыбаясь. Может быть, вечером ты и сам поймешь, что я хочу сказать.

- Я не собираюсь обедать у него, если ты это имеешь в виду. Никогда ты меня не уговоришь переступить порог его дома.

- Сделай это для меня Бэйтмен. Мы столько лет были друзьями, ты не можешь мне отказать, ведь я прошу тебя.

В тоне Эдварда было что-то совсем незнакомое Бэйтмену. Он говорил мягко, но перед этой мягкостью трудно было устоять.

- Ну если так, придется мне поехать, - сказал Бэйтмен с улыбкой.

И потом, рассудил он, совсем не вредно узнать Арнольда Джексона поближе. Ясно, что он забрал большую власть над Эдвардом и, если предстоит бороться с ним, необходимо понять, в чем состоит эта власть. Чем больше он беседовал с Эдвардом, тем явственней понимал, как тот переменился. Он чувствовал, что следует быть осторожнее, и решил не открывать истинной причины своего приезда, пока не нащупает верный путь. Он принялся болтать о том, о сем, о своих успехах в делах за время поездки, о политических новостях в Чикаго, об общих знакомых, вспомнил те времена, когда они вместе учились.

Наконец Эдвард сказал, что ему пора возвращаться в лавку, и обещал заехать за Бэйтменом в пять часов, чтобы вместе отправиться к Арнольду Джексону.

- Между прочим, - сказал Бэйтмен, выходя вместе с Эдвардом из сада, - я думал, ты живешь в этой гостинице. Кажется, здесь это единственное приличное место.

- Ну нет, для меня тут слишком роскошно, - засмеялся Эдвард. - Я снимаю комнату за городом. Там дешево и чисто.

- Насколько я помню, в Чикаго для тебя было важно совсем другое.

- Чикаго!

- Что ты хочешь сказать, Эдвард? Чикаго - лучший город в мире.

- Верно, - сказал Эдвард.

Бэйтмен быстро взглянул на него, но лицо Эдварда было непроницаемо.

- Когда ты думаешь вернуться?