Маргарет Дамьен — романтического вида девица с гривой темно-рыжих волос поразительного, возможно, природного цвета. Она говорит:

— Есть такие строки Уолтера Деламара:

Харли Рид поднимает бокал с шампанским:

— Предлагаю выпить за Маргарет и Уильяма, за их будущее.

Уильям Дамьен улыбается. Пьют за молодоженов.

Харли Рид на своем конце стола беседует с Хелен Сьюзи, сидящей справа. Хелен очевидно сконфужена тем, что при всем желании не может не слышать мужних пеней.

— Это на прошлой неделе было, — говорит Хелен.

— Изнасилование, — жужжит голос мужа. — Я чувствовал себя так, будто меня изнасиловали.

Хелен смотрит в тарелку с заливной семгой, бесшумно перед нею поставленную. Она берется за вилку.

Харли тоже берется за вилку и, передавая крошечные булочки Элле Анцингер, сидящей слева, меж тем продолжает беседу с Хелен.

— А случалось ли вам когда-нибудь слышать, — он спрашивает невинно, — про Святую Анкамбру?

— Святую Ан... как?

— Этой средневековой святой, — говорит Харли, — молились, особенно женщины, об избавлении от супругов. Она была португальской принцессой и не хотела идти замуж. Отец ей подобрал мужа. Она молилась о том, чтобы потерять привлекательность, и молитва была уважена. У нее выросла борода, что, разумеется, отвадило жениха. В результате отец отдал ее на распятие. В часовне короля Генриха VII в Вестминстерском аббатстве сохранилось изображение — длинные волосы, окладистая борода.

— Лучше уж я не буду молиться святой Анкамбре, — решает Хелен, чей супруг на другом конце стола продолжает перебирать свои прóтори, — еще борода вырастет.

— Очень маловероятно, — говорит Харли.

— Тогда попытаю метод Анкамбры, — сдается Хелен.

Элла Анцингер, слева от Харли, хоть и беседует с юным Уильямом Дамьеном, одним ухом ловит эту пристрелку. Элле Анцингер в беседу с Уильямом Дамьеном вставить особенно нечего, раз тема грабежа господствует за столом, Уильям же сообщает, что у жены его Маргарет во время свадебного путешествия украли во Флоренции сумочку. Длинные светлые волосы Эллы нежно дымятся вдоль щек.