– Не напоминай мне об этом! – вскрикнула Жюльетта, – Хотя нет, мы должны все помнить!

– И я тот, кто помнит – сказал я как можно серьезнее и торжественнее.

Жюльетта обняла меня. Так мы стояли минуты две-три. Потом сестра очнулась и вернулась к своим пушкам.

– Но насчет пушек я не могу тебе объяснить! Тут нужен специалист. Вспомни своих друзей по Фронде!

– Де Невиль… Де Бражелон…Найти бы их.

– Я не уверен, что они разберутся в твоих пушках. Я не уверен, что разберется сам Бофор – он не артиллерист, а адмирал.

– А на кораблях тоже пушки!

– Ты, похоже, помешалась на пушках. А виконт и барон…

– Что они, пушек не видели?

– Видеть-то видели, но навряд ли сами стреляли из пушек. Кавалеристы, знаешь ли, особая публика, элита армии, не то, что работяги-артиллеристы. А твои фрондерские приятели все на лошадках, все с принцами, и пушки – это не по их части.

– Ты смеешься, что ли?

– Я? Я мечтаю быть мушкетером! Но увы! Возраст пока не позволяет. Но в чем дело, отчего ты так заинтересовалась пушками? Ищи тогда дочь Гастона!

– Прекрати ехидничать. Дело серьезное. Мой муж собирается подсунуть герцогу де Бофору поврежденные пушки. Причем это не такая банальная штука как мокрый порох. Неисправность может установить только хороший специалист, знающий толк в артиллерии. А может, спросим Д'Артаньяна?

И этот вариант не подошел. Д'Артаньян и Бофор не очень-то ладили, и, кроме того, Д'Артаньян и его мушкетеры, королевский эскорт, мало имели дело с богами войны. Конечно, мы считали Д'Артаньяна прекрасным профессионалом, но я вспомнил, что капитан мушкетеров давно не появлялся при Дворе, выполняя какое-то секретное поручение.

– Кто же тогда нам поможет? – вздохнула Жюльетта. Я развел руками.

Тут Жюльетта набросилась на меня:

– Что ты расселся! Поедешь со мной!

– А завтрак?