- Какой скрытой улике?

- Тому, что она назвала его "мистер Асперн".

- Не вижу, что это доказывает.

- Доказывает личное знакомство, а раз было знакомство, наверняка есть и вещественные следы его: письма, сувениры. Не могу передать вам, до чего это словечко "мистер" меня волнует, точно оно - мостик, перекинутый через бездну лет, по которому я могу приблизиться к своему герою, и до чего усиливает мое желание увидеть Джулиану. Ведь не сказали бы вы "мистер Шекспир".

- Не сказала бы, даже будь у меня целый ящик его писем.

- А вот будь это любовные письма и знай вы, что за ними кто-то охотится, может, и сказали бы! - И я добавил, что Джон Камнор, будучи полностью убежден и еще укрепившись в своем убеждении после полученного ответа, не преминул бы сам отправиться в Венецию, да только для того, чтобы войти в доверие к тетке и племяннице, нужно было не бояться, что в нем узнают писавшее к ним лицо, а ни вымышленное имя, ни фальшивое поведение не могли служить порукой, что обман в конце концов не будет разоблачен. Если бы его спросили прямо, не он ли их неудачливый корреспондент, он бы не решился солгать; для меня же, по счастью, подобной неловкости не существовало. Я был чист - мог все отрицать, не прибегая ко лжи.

- Но все равно вам придется взять другое имя, - сказала миссис Прест. Джулиапа почти не общается с миром, однако же, по всей вероятности, ей известно, кто проявляет интерес к наследию Асперна. Может быть, у нее даже есть ваши прежние публикации.

- Об этом я подумал, - сказал я и достал из бумажника визитную карточку, на которой было изящно выгравировано достаточно внушительное nom de guerre [*Псевдоним (франц.)].

- Что за расточительство, еще один признак вашей безнравственности! Можно было просто написать чернилами или карандашом.

- Так правдоподобнее.

- Я вижу, охота придает вам смелости. Но вот неудобство: из-за этого маскарада вы не сможете получать свою почту.