— А как же я? — обиженно осведимился Людушка. — Я тоже хочу быть злым-презлым!

Сорока так засмеялась, что даже упала на спину и задрыгала в воздухе лапками.

— Какой же злой-презлой, если целый час терпишь, как я у тебя сижу на макушке?

Людушка спохватился и хотел было поймать сороку, но та выскользнула из его рук и, обиженно стрекоча, улетела в лес.

— Ладно, мы еще посчитаемся, — буркнул Людушка. — Со всеми посчитаемся! Все еще узнают, кто такой Людушка-голубушка! Но первым делом я отомщу той девчонке Элли. Если бы она дала себя съесть, то мой дорогой папашка был бы сейчас цел и здоров. Ну, только попадись мне, девчонка!

Он долго размахивал кулаками и выкрикивал угрозы, а потом пошел домой спать. Вошел в замок — а тела Людоеда-то уже нет, только на полу лежит густая тень.

— Колдовство… — прошептал Людушка и, задрожав от страха, понесся в свою комнату и забрался под кровать.

Прошло несколько недель. Людушка питался припасами, которые запасливый Людоед держал в подвальной кладовой. Делать Людушке ровным счетом ничего не хотелось. И даже когда после сильной грозы на крышу одной из башен упало дерево, он и пальцем не пошевелил, чтобы убрать дерево. Ничего, думал он, и так сойдет!

Однажды ночью он проснулся от того, что со стороны окна раздался звон разбитого стекла. В комнату ворвался ветер, а потом послышался чей-то противный старушачий голос.

— Людоед, а, Людоед! Ты где, дружок? Это я, старая подруга прилетела к тебе в гости!

Людушка приоткрыл краешек одеяла, и увидел, как под потолком кругами летает старушка в фиолетовом платье, сидя верхом на черном зонтике. У нее был длинный крючковатый нос и выщербленные зубы. Один ее глаз был закрыт, а другой сиял злым светом.

— Папашки дома нет, дорогая гостья, — дрожащим голосом ответил Людушка.