Затем отряд во главе с Верзилой пускается в путь - в ночь, в снег, в лес.

Она посмотрела на часы. "Они будут здесь не раньше чем через час".

Ее нервное напряжение достигло предела. Каждая минута казалась ей вечностью. Как долго все это тянется!

Наконец, настало время, когда, по ее расчетам, французский отряд должен был добраться до сторожки.

Лесничиха отворила дверь и прислушалась. Заметив осторожно двигавшуюся тень, она испуганно вскрикнула Но это был ее отец.

- Они послали меня вперед, чтобы узнать, нет ли чего новенького, сказал он.

- Нет, ничего.

Лесничий прорезал ночную тьму долгим, пронзительным свистом. И вскоре под деревьями стало явственно видно что-то темное, медленно приближавшееся: то был авангард из десяти человек.

- Не ходите перед отдушиной, - то и дело повторял Верзила.

И шедшие впереди показывали тем, кто шел за ними, на опасную отдушину.

Наконец показались основные силы отряда - все двести человек, у каждого из которых было по двести патронов.

Лавинь, дрожа от волнения, расставил своих людей так, чтобы дом был оцеплен со всех сторон; широкое свободное пространство оставалось лишь перед маленьким черным отверстием вровень с землей: через него в погреб проникал воздух.

Отдав распоряжения, Лавинь вошел в жилище лесника и осведомился о численности и расположении неприятеля, а неприятель между тем примолк, так что можно было подумать, что он исчез, испарился, улетучился через отдушину. Лавинь топнул ногой по крышке люка и крикнул:

- Господин офицер! Немец не отвечал.

- Господин офицер! - повторил комендант.