Крыс выпустил из трубки кольцо дыма.

— Самое интересное, что первое время ничего не будет. Всё пойдёт по-старому. Но потом в один прекрасный момент корабль развалится на части, и никто даже не поймёт, почему это произошло. Без этого гвоздя балки начнут потихоньку раскачиваться, а потом разнесут всё судно.

Когда они выбрались на свет, Ахав продолжил:

— Знаешь, парень, в каждом корабле, каждом доме и каждом деле есть такой гвоздь, на котором всё держится. Всегда и во всём ищи такой гвоздь, тогда тебе откроются любые тайны.

— Скажи, Ахав, что главное для моряка? — поинтересовался Корнюшон.

Крыс выколотил трубку и пробурчал:

— Ну уж и вопрос. Не знаю.

— Как же так? — разочарованно переспросил мальчик.

— А вот так! Я знаю только, что чёрта с два получится хороший моряк из того, кто не любит моря.

Корнюшон и Рылейка прожили на корабле около недели. Им нравилась и матросская беготня по утрам, и как бьют склянки (так называются корабельные песочные часы), и запах соли, который пропитал насквозь старый корабль, и смешные проклятья боцмана. Но больше всего им нравилось сидеть на самой верхней рее и смотреть вперёд. В тихие ночи здесь хорошо думалось и мечталось. И вот однажды в светлую лунную ночь они сидели вдвоём, и вдруг Корнюшону показалось, что вокруг сгущается неизвестно откуда взявшийся туман. Он не был похож на те обычные туманы, что ранним летним утром покрывают поля и исчезают с восходом солнца. Нет, этот туман сиял и переливался, он был густой, как молоко, и такой холодный, словно его натянуло сюда прямо сверху, оттуда, где сияли льдинки звёзд. Корнюшон оглянулся по сторонам, почуяв неладное, и посмотрел на сидящую рядом Рылейку.

Та увидела его замешательство и кивнула головой.

— Странно, правда? Никогда такого не видала. — Она принюхалась. — И чувствуешь? Звёздами пахнет!

— А как пахнут звёзды?