Образования он не получил никакого. В двадцать лет женился.

Жена его, по-видимому, была очень благопристойная, милая женщина. Если не ошибаюсь, дочь священника англиканской церкви.

На женщине такого типа ему как раз и не следовало жениться. Но кто знает, кого человеку следует любить, на ком жениться? Она была выше его по положению. Окончила женский колледж, получила хорошее воспитание.

Я не сомневаюсь, что она считала его невеждой.

- Она также считала меня очень милым, нежным человеком. К черту! сказал он, вспоминая об этом. - Я не нежный. Ненавижу всякую нежность.

Бродя по Лондону в тот вечер, иногда заходя в какую-нибудь пивную, мы быстро сблизились.

Помню, мы оба захватили с собой по бутылке, боясь, что пивные закроются, прежде чем мы кончим наш разговор.

Что я рассказывал ему о себе и своих приключениях, я сейчас припомнить не могу.

А он все твердил, что хотел сделать из жены в некотором роде язычницу, но такие задатки в ней не были заложены.

У них было двое детей.

И вдруг он начал писать - его словно прорвало, и писать неплохо.

Вы знаете, как это бывает. Когда такой человек пишет - он пишет. У него было какое-то занятие в том английском городке, где он жил. Кажется, он занимал должность клерка.

Начав писать, он, конечно, стал менее внимательным к служебным делам, к жене, к детям.

Он любил бродить по ночам в полях. Жена бранила его. Конечно, она была в немалой мере расстроена, да и как могло быть иначе? Ни одна женщина не может сносить полную отчужденность со стороны мужа, увлекшегося работой.

Я, конечно, имею в виду художников. Они могут быть первоклассными любовниками. Пожалуй даже, только она настоящие любовники. И они же иногда совершению безжалостно отбрасывают в сторону свою личную любовь.

Можете представить себе его семейную обстановку. В доме, который он в то время занимал, была наверху небольшая спальня. Это было в ту пору, когда он еще жил в английском городке.