— Двадцать, — сказал Ленька.

— Хоть двадцать, хоть десять, — рассудил Тим, — все равно много.

Отчего это, интересно, человек так долго вырастает? Вон Белка наша после меня родилась, а уже давно взрослая.

— А у нас в прошлом году родился ма-ахонький теленок, — сказал Ленька, — а теперь вон какой бычище. Прямо страх на него смотреть… Рожищи — во!

— Вот бы человеку за одно лето вырастать!

— Не, не хочу, — вдруг сказал Ленька.

— Почему? — удивился Тим. Ленька пожал плечами.

— Так. Все время быть взрослым тоже, наверно, неинтересно.

— А я бы согласился.

— А в школу когда бы ты ходил? — хитро прищурился Ленька. — Взрослых ведь в школу не принимают.

— Ну и что. Зато взрослый сам может учиться…

— Ха, сам! Как это сам?

— А может, тогда бы и учились иначе… — предположил Тим. — Тогда бы все было иначе.

— Как иначе?

— Ну, я не знаю. Может, за одно лето кончали бы школу.

— Как это за одно лето?

— Ну, не знаю… А все равно было бы здорово!

— Выдумываешь ты все.

— Ладно, не хочешь, так и не надо, — сказал Тим, — все равно по-нашему не будет. Вон Вера Николаевна говорит, что человек — часть природы…

— Мы часть природы? — возмутился Ленька. — Фигу! А знаешь, Тим, — вдруг он снизил голос до шепота, — Вера Николаевна сама часть природы, вот и говорит… Знаешь, Тим… ты только не обижайся… что я слышал?

Все говорят, что Вера Николаевна по уши втрескалась в Андрея…

— Ты… ты поменьше болтай, — покраснел Тим и даже задохнулся от какого-то внутреннего протеста и обиды. И пригрозил: — Попробуй еще раз скажи! Втрескалась… Скажешь тоже:

— Да это же не я, — оправдывался Ленька, — другие говорят.

— Пусть другие говорят, а ты не болтай. Понял?