- А что за человек был этот шпильман, как он выглядел? - снова послышался голос Говена. - Я давно хотел вас спросить.

- Шпильман... - раздумчиво, по своему обыкновению, повторил сеньор и замолчал.

- Да, тот, что рассказывал вам о Монтефале и что сочинил песню, которой вы меня научили.

- Это был примечательный человек, примечательный не только своим искусством. Глаза у него были чуть раскосые, что у твоего сарацина, и с луком управлялся превосходно. - Сеньор Руй движением подбородка указал на оружие, притороченное к седлу Говена. - Он был, я полагаю, твоего сословия. Наверное, его отец находился в услужении у какого-нибудь рыцаря. А вот имя его я, как ты знаешь, забыл. Странно.

- Так, значит, замок Монтефаль на самом деле существует? И герцогиня Лидуана, и "огражденная страна", как вы говорите, тоже?

- Да ведь она зовется огражденной лишь с недавнего времени, с тех пор, как, по слухам, в лесах объявился дракон. Конечно же, все существует на самом деле - и герцогство, и замок, и Лидуана. При дворе мне пришлось однажды лично разговаривать с послом герцогини. Для меня это, стало быть, вне сомнения. Да и все об этом знают.

- Жива ли она еще? - задумчиво проговорил Говен; судя по всему, он не прочь был удостовериться поточнее не только насчет дракона, но и насчет Монтефаля и его госпожи.

- Жива. Отчего бы ей не быть живой? - равнодушно ответил сеньор.

- Но откуда вы знаете? Не из огражденной же страны дошли до вас эти вести?

- Ты неверно меня понял, мой мальчик, - сказал сеньор. - Страна ограждена лишь с одной стороны, как раз с той, откуда мы к ней приближаемся. Ограждена лесом и, как утверждают, прежде всего драконом. А в целом-то она, наверное, открыта миру.

- Да, но тогда, сеньор Руй... тогда ведь каждый может вас опередить?! Говен всем корпусом повернулся в седле и впился взглядом в своего господина.