Туманов оседлал коня и пустился в дорогу-Узенькая полоска зарослей между Каракумом и

Джейхуном постепенно еще более сужалась. Вскоре начались песчаные барханы. После полудня вдали зачернелось какое-то село. Несколько часов подряд сидящий на коне и бдительно смотрящий по сторонам Туманов почувствовал усталость. Но так как конь не повернул к селу. Туманов, помня слова Мукым сердара, и не старался направить его туда.

Пройдя мимо нескольких сел, конь после полудня зашел в небольшие заросли. Шуршали высохшие многолетние травы. В некоторых местах серели кустарники с обнаженными ветром корнями. В углублении росло несколько кустиков камыша с вьющимся тальником, появлялись тутовые деревья с короткими ветвями.

Конь вышел из невысоких зарослей и прошел мимо большого села. Когда конь удалился достаточно далеко от него, он вдруг остановился, повернувшись налево. Туманов спрыгнул, снял уздечку и прикрепил ее к луке седла. Затем конь, еще круче повернувшись, пошел назад.

Туманов осмотрелся вокруг, ища глазами людей, чтобы спросить дорогу. Но никого не было видно. Он двинулся дальше. Когда прошел уже достаточно длинный путь, ему встретился старик на осле и указал дорогу.

— Если ты пойдешь вдоль этого арыка, он доведет тебя до Ташауза. Больше никуда не денешься, сынок.

Туманов, следуя совету, пошел вдоль левого берега арыка. Густо разросшийся тутовник, похожие на иву деревья на берегу арыка не привлекали его внимания, так как пока стояли без листьев.

Наверняка из этого арыка все село пьет воду, потому что небольшие ответвления исходили из основного русла и уходили в село. Вдруг из двора, расположенного на краю небольшого арыка, послышался шум, залаяли собаки. Один за другим прогремели выстрелы — трах-бах. Какой-то человек выскочил со двора и направился к арыку. Иногда на берегу оборачиваясь назад, он стрелял из ружья и вскоре добрался до основного арыка. Некоторые из нуль, достигая веток деревьев, срезали их. Туманов спустился вниз с бе рега