Судьба жестока. Она устроила нашу гнусную жизнь. Она снабдила его короткими ногами и оставила почти безволос еще до тридцати, но нет, не могла она посадить нарыв ему на нос, первый в жизни нарыв, перед самым визитом к В., где полон дом смешливых девчонок. И одно явно хорошо. Краснота не на самом кончике носа, а чуть сбоку. Красный кончик - вот уж чего не хватало. Как у клоуна. Судьба избавила его от такого позора.

Но наутро в день поездки покраснел и кончик. Покраснел и вздулся. И безумно болел. Да, похоже на нарыв. И вот он уже ехал по их улице. Ну и что? На языке вертелся ответ. Психология. Наверно, и тут она. Но это сразу отпало. "Нет, - подумал он. - Ерунда, я же один из главных его покупателей. А больше пяти дней у них ни разу не гостил. Нет, психология ни при чем. Если б не девчонки, мне бы и на нарыв наплевать. Я, как покупатель, имею на это полное право, я столько у него покупаю, что и на два нарыва вполне бы мог наплевать".

И, входя в холл, пожимая руки хозяину с хозяйкой, он был чуть ли не груб, вел себя почти в том хамском духе, который возмущал его в неотесанных покупателях, когда он лично имел несчастье принимать их у себя. Отборная шантрапа. Только потому, что он покупатель, такой расхаживает у тебя по дому и распоряжается слугами, будто и то и другое его собственность.

Д. вдруг поймал себя на наглой походке, заметил снисходительные нотки в своем голосе и сам себе удивился. Но когда он вошел в комнату и метнулся к зеркалу, чтобы убедиться, что никакого нарыва у него нет, он сразу все понял. Нос безобразно вздулся - напоминал переспелую клубничину, щеки же уныло желтели. Он от ярости был готов ломать мебель. Нарыв. Именно сейчас. В доме у В. Да что он сделал? Чем заслужил такую чудовищную несправедливость?

В первый момент он решил отсиживаться в комнате, вызвать врача. Он воображал взгляды девчонок. Они не встретили его в холле - лишнее доказательство совершенной безответственности по отношению даже к главным покупателям, без чьих заказов им бы зады нечем было прикрыть.