- Когда я буду пилить? - снова возмутилась Зоя. - Мне надоело воевать с мелочью.

- Момент, - успокоил ее Славик. - Повалим это чудо, и я передам тебе свой ответственный пост. Это работа не для музыканта.

Но "момент" затягивался. Пилу таскали с трудом, ухватив обеими руками и упираясь ногой в ствол. Сделали запилы, насколько было возможно, с других сторон, а потом Славик начал углублять заруб. Теперь он уже не хакал молодечески, махал топором реже, тщательно выбирая место для удара. Лиственница не сдавалась.

- Может, толкнем? - предложил Славик.

И они минут пять безуспешно упирались в ствол руками, пытаясь расшатать его.

Справа и слева бухались о землю стволы, а злополучная лиственница стояла, намертво зажав пилу.

- Может быть, попробуем расклинить? - неуверенно сказал Славик. - Тогда можно будет пилить.

Андрей вытесал клин и начал вколачивать его в щель реза. Клин пошел неожиданно легко. Лиственница шевельнулась. Андрей застучал топором чаще, дерево начало валиться, прогибаясь в падении, словно вершина хотела оттянуть минуту, когда ей придется больно удариться о землю.

- Бой-ся-а-а! - так отчаянно крикнула Зоя, что Андрей отпрыгнул в сторону.

- Народ!? - рявкнул Володя. - Что у вас там?!

- Порядок, - уныло откликнулся Славик и упал на землю.

Андрей брякнулся рядом с ним. Мох спружинил, мягко охватывая тело.

- Моги-и-илка, - проговорил Славик. - Еще одно такое деревцо, и меня хоть самого пили.

- Бог в помощь, студенты!

Невысокий плотный человек сел на поваленное дерево, затянулся сигаретой, проговорил сожалеючи:

- Пару дней такой работы - и копыта на сторону. Точно. Это ж надо так над людьми издеваться.

- Ой, не говори, отец, - простонал Славик. - Не тревожь душу.