- Учительница хочет дать ей "Молитву девушки" или "Веселую пастушку", продолжала она, - но я предпочитаю вальсы. "Над волнами" или "Шум леса". Потом она могла бы выучить "Турецкий марш", а после него - "Возвращение Робина" или "Вечернюю песнь пастуха".

Тут силы мне отказали. С трудом выбрался я на дорожку, дотащился до спальни и, содрогаясь от рыданий, опустился на пол.

Мое детство было загублено тем, что мне приходилось без конца слушать пьесу "Горим! Горим!" из сборника, на обложке которого были нарисованы два коня, которые несутся с разинутой пастью, увлекая за собой пожарную повозку. "Абиссинская битва", воспроизводящая слоновью поступь, ружейные залпы, пение рожка и топот пехоты под аккомпанемент звучных аккордов, отравила мою юность. И вот теперь, в зрелые годы, меня будет добивать "Вечерняя песнь пастуха".

Нет, это уж слишком. И я решил сам научиться играть на рояле. И никаких "Давным-давно"! Я сразу начну с джазовых мелодий.

- Дорогая учительница, - сказал я. - Я человек со странностями. От первой ноты "Турецкого марша" у меня поднимается температура, а когда я слышу "Над волнами", я готов вскипеть. Научите меня чему-нибудь новенькому, вроде "Эх, нет у нас бананов!".

И она взялась за работу. В течение двух недель я каждый вечер разучивал "Топ, топ, я потопал в гроб!".

Не сомневаюсь в том, что башмак, который стукнул меня по голове на пятнадцатый вечер, запустила миссис Агапантус.

ГОРЕ МНЕ С ЭТИМИ МОДЕРНЯГАМИ

Перевод Н. Шерешевской

Вероятно, я очень старомоден. Нет, я говорю не о такой ерунде, как одежда, а о том, что я против современной манеры выражаться.

Я за возврат к простоте. Насколько приятнее звучит: "Привет, Джек!", чем "Приветствую вас, Джон!".

Мы с Джорджем оба хотим осовременить нашу гостиную. Убрать эти дипломы в рамке об окончании музыкальной школы, картину с черно-белой лошадью на фоне сверкающих молний, убрать маминых фарфоровых собачек с красными ушами, а вместо них повесить картины, изображающие эти, ну, знаете, расплавленные часы и все такое прочее.