Но все-таки пистолет - это пистолет, уж во всяком случае, лучше дурацкой книжонки. Шайка Догерти иногда дерется с оравой из Строберри-лейн - чтобы те не приходили играть в футбол на нашу дорогу. Мне этот пистолет очень даже пригодился бы, а Санни он ни к чему - в шайку его никто не возьмет, даже если он и захочет.
И вдруг... это было словно указание сыше, с самих небес! Что, если я заберу пистолет себе, а Санни отдам книгу? В шайке от Санни никогда не будет толку - он любит читать. Такой усердный ученик может много чего вычитать в моей книжке! А Клауса он, как и я, не видел, значит, и расстраиваться не будет. Кому станет хуже, если я поменяю подарки? Никому. Да я даже сделаю Санни добро, знай он об этом, сам бы меня потом благодарил. Мне вообще это нравится - делать людям добро. А может, Клаус и сам так хотел распорядиться, да перепутал наши чулки. Что ж, ошибки со всяким случаются. И я положил книгу, карандаш и ручку в чулок Санни, а пистолет - в свой. Потом лег в постель и заснул сладким сном. Да, предприимчивости в те времена мне было не занимать, это точно.
Разбудил меня Санни - сказать, что приходил Сайта Клаус и подарил мне пистолет. Я, как полагается, удивился, даже сделал вид, будто разочарован таким подарком, и, чтобы отвлечь внимание Санни, попросил показать его книжку и расхвалил ее до небес.
Мой братец готов поверить всему на свете, и, естественно, он сразу побежал хвастаться подарками перед родителями. Для меня это была трудная минута. Мама так повела себя после истории с прогулом, что я стал ее побаиваться, но тут меня утешало другое: единственный Свидетель, который может вывести меня на чистую воду.
сейчас далеко, где-то у Северного полюса. Я приободрился, и мы с .Санни ворвались в комнату родителей с подарками, крича: "Смотрите, что нам принес Санта Клаус!"
Папа и мама проснулись, мама заулыбалась, но улыбка эта длилась секунду. Мама посмотрела на меня, и лицо ее изменилось. Этот взгляд был мне знаком. Очень хорошо знаком. Так она смотрела, когда я вернулся, прогуляв школу, и она сказала, что мне нельзя верить.