После виски во рту был неприятный привкус. На душе скребли кошки. Жизнь без видимой причины вдруг ощетинилась, замаячили какие-то смутные, но угрожающие перспективы. В такие дни Мерфи часто посещала мысль о том, что он становится слишком стар для дурацких шуток и пьянок, и эту мысль он время от времени обсуждал с Кейси. Подобные настроения они называли "происками костлявой". А иногда думали: не лучше было бы жениться, даже при зарплате, которую они получали по их скромным способностям. На его столе лежали письма, от которых тоже только и жди неприятностей. Некая леди Блантон-Гоф развернула кампанию против экспорта лошадей во Францию, где их употребляют в пищу. Она основала комитет под названием "Спасите лошадей". С протестом по поводу экспорта лошадей к министру обратились и профсоюзы, Леди Блалон-Гоф вначале похвалила рабочий класс за проявленный гуманизм. Но, как выяснилось, преждевременно. Профсоюзы вскоре дали понять: они вовсе не против того, чтобы французы ели ирландскую конину. Они просто хотят, чтобы экспортировались не лошади, а мясо в консервных банках, - это позволило бы открыть новые рабочие места на скотобойнях и консервных фабриках. В результате леди Блантон-Гоф схлестнулась с профсоюзами. Работа Мерфи заключалась в следующем: составить первый черновик письма леди Блантон-Гоф, в котором сообщить, что ее протест тщательным образом рассматривается; кроме того, надо было отписать профсоюзам в том смысле, что, учитывая уровень безработицы в стране, министр с большим вниманием отнесется к их предложению. Оба адресата обязательно предадут ответы министерства гласности. Мерфи бился над этой малоприятной проблемой пятый день кряду, как вдруг на его столе загудел зуммер Хемпенстолл вызывал его к себе.

В кабинете в нос ему ударил запах какого-то дезинфицирующего средства: начальник сидел за столом и посасывал таблетки от кашля.

- У меня к вам неофициальный разговор, - начал Хемпенстолл, указывая рукой на свободный стул.