Латыш одобрительно поглядел на своего молодого помощника.

— Ну, ну… А они нас, Садовский, не обгонят?

Вот еще что? самоуверенно откликнулся еврей. Чья власть — ихняя или наша?

— «Чья власть», говоришь? усмехнулся латыш задору начинающего чекиста. Ну, что ж… Попробуй… Присмотри за этим делом. Дай оперотделу распоряжение установить слежку, какую ты считаешь нужной. Да, и вот еще что: запроси на всякий случай циркулярной телеграммой все областные и районные отделы — нет ли там где нибудь следов твоих «деревянных людей». Может, что и отыщется.

— Есть, товарищ начальник.

— Так, значит, и действуй. А ведь и в самом деле подозрительно, когда беспартийная молодежь «тайны» начинает разгадывать. Чорт их знает, что там у них выйдет. Как бы все в антисоветскую сторону не повернулось? И что там за связь «Тайны» и «Адмирала»? Как ты это понимаешь?

— Да вот в этом то вся загвоздка и есть, товарищ Мартой. Но нет еще пока данных для анализа. Думаю, что все это ближе к Деревенько. Он то ведь сперва простым матросом был до того, как холуем у Императора заделался. Ну, да ничего! Молодежь у меня вся под стеклышком, и никуда ей не деться… Пусть шевелится около этой «тайны». А мы ее разгадаем… чужими руками!

— Ну что ж. Действуй, Садовский! Нюх у тебя — я знаю — чекистский. И слежка хорошо налажена. Словом — бери это дело на сверх-ударный прицел… «Наша власть», говоришь? Ха, ха, ха… Чья же это — «наша»?

— Как это «чья»? Ясно, чья — чекистская! Все здесь во — как держим!

Молодой еврей показал сжатый кулак и самодовольно усмехнулся.

5. Военный совет

Солнце старалось во всю. Над далеким городом поднималась дымка ныли и испарений, словно над раскаленной чадящей плитой в кухне. Но на прибрежном песке, где разлеглись после купанья наши приятели, было так чудесно, что хотелось только впитывать в себя солнечные лучи, ощущать на теле порывы свежего речного ветерка и жить бездумной сладкой ленивой жизнью. Казалось, что даже мозги, и с ними и все мысли плавятся от зноя… После суматошливой полной забот Москвы здесь было так приятно…