— Вставай, нечего валяться!

Совсем как мама. И, конечно, сейчас сдёрнет одеяло.

Костя встал. Впереди был длинный, пустой, скучный день. Он бродил по квартире: из комнаты — в коридор, из коридора — в кухню, оттуда — в коридор, опять в комнату и обратно.

— Что ты, как маятник? — рассердилась Валя. — Сядь и делай что-нибудь.

— А давай подерёмся, — мрачно предложил Костя.

— Конечно, так я и стала драться!

— Боишься. Я тебя одной рукой могу…

— Убирайся, пока не поколотила.

— А ну, попробуй.

— Убирайся!!

Костя ушёл на кухню, сел в уголок и заплакал. Никто его не понимает, никому он не нужен.

Он и не заметил, как вошла Валя.

— Ну что ревёшь? Как девчонка-нюня!.. Идём в лото играть. — Нет, всё-таки она хорошая сестра, эта Валя. Правда, Костя на всякий случай немного покапризничал, поотказывался, а потом, конечно, пошёл.

Валя играла плохо. Вообще-то она в лого играла хорошо, а на этот раз плохо. Костя видел, как она один раз, потом второй не заметила нужную цифру на своей карте. Но он промолчал. И выиграл.

— Давай ещё, — предложил он, но сестра сказала:

— Честное слово, не хочется. Я понимаю, тебе очень скучно. Ведь правда? Я понимаю… Хочешь, ты напишешь Вите записку, а я отнесу? Мне-то не запрещено выходить из дома.

Костя открыл рот, но молчал. Вот так сестрёнка! И верно ведь: она может пойти куда угодно. Он забыл об этом, наверное, потому, что и вчера, и сегодня она никуда не ходила, сидела с ним в квартире… И как он сразу не подумал о записке? А она подумала!

— Ты это… вправду? — вымолвил наконец Костя.

— Я всегда вправду, — сказала Валя.

— Я сейчас, — сказал Костя. — Ты подожди. Я напишу. Я быстро.

Он сел за стол и написал:

«Витя! Я сижу дома и меня не пускают никуда. И не велят звонить. Напиши про себя. Костя. А как твоя рана? Очень болит? Напиши».